На одной из машин отказывался ставиться .NET Framework Код ошибки 1603. В событиях обнаружил следующее:

MSI (s) (50:5C) [09:23:38:389]: Продукт: Microsoft .NET Framework 2.0 Service Pack 1 - Не удается установить обновление ".NET Framework CLR". Код ошибки 1603. Дополнительные сведения находятся в файле журнала D:\Temp\dd_NET_Framework20_Setup6BC6.txt.

И все происходило по кругу. При этом остальные обновления не шли, пока не установятся эти два.

Ручная установка из c:\WINDOWS\SoftwareDistribution\Download\Install\NetFx20SP1_x86.exe дала более расширенные сведения, из которых стало понятно, что дистрибутив SP1 пытается удалить старую версию .Net, но дистрибутив старой версии был либо поврежден, либо отсутстувовал.

Удаление стандартными средствами дает точно тот же самый результат.

Случается так, что тефлоновый вал или другие валы в печке покрываются слоем пригоревшего, налипшего и нагоревшего тонера, который начинает мазать бумагу. Вал можно и нужно мыть, желательно средствов для чистки тефлоновых валов или на крайний случай ацетоном. Однако, если на тефлоновый вал тонер уже липнет, в будущем это повторится снова. Желательно вал заменить.

Аппарат пачкает. Выдает либо полностью черные листы, либо с еле видимым изображением. Первое на что обратил внимание — оптика. Разобрал стекло и заркала, все почистил и смазал валы.

Дальше коротрон, прочистил пропылесосил. Также почистил весь аппарат от мусора, пыли и тонера. Следующей стадией стала очистка бункера отработанного тонера, он находится в блоке с фотобарабаном, под пластиковой крышечкой.

Сначала грешил на печку. Но потом на полпути печати остановил принтер и увидел, что грязный лист выходит уже из блока печати, и в печке только запекается. Поэтому причина явно в блоке барабана.

Заметил, что при ручном прокручивании барабана(на очистку) барабан не прочищается, грязный, такой же как на отпечатке. В конце концов все свелось к замене фотобарабана и ракеля. Резиновый нож очистки фотобарабана износился.

Домашний аппаратик Xerox P1210 пачкает бумагу и оставляет артефакты. В одном и том же месте вертикально посередине листа постоянно остаются артефакты и тени распечатанного текста и картинок. Целый день я грешил на картриджи и чистил их. На одном заменил ракель и дозирующее лезвие.

Перестал грешить на картридж, когда заменил 3 штуки, оказалось, что виной всему тефлоновый вал в фьюзере (печке), на который прилип и нагорел тонер жирным слоем и пачкал листы. Тонер, по всей видимости, нагорел из-за не оригинального тонера, которым заправляли картриджи.

Разобрал печку, очистив вал ацетоном, резиновый прижимной вал очистил спиртом. Собрал печку, запустил — афигенно. Чистая печать без единой лишней точки и крапинки.

Тока щас понял что звонить, чтобы сказать зайти в аську это перебор )

Михаил Лермонтов — Смерть поэта

Погиб Поэт! - невольник чести-
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой!..
Не вынесла душа Поэта
Позора мелочных обид,
Восстал он против мнений света
Один, как прежде... и убит!
Убит!.. к чему теперь рыданья,
Пустых похвал ненужный хор
И жалкий лепет оправданья?
Судьбы свершился приговор!
Не вы ль сперва так злобно гнали
Его свободный, смелый дар
И для потехи раздували
Чуть затаившийся пожар?
Что ж? веселитесь... он мучений
Последних вынести не мог:
Угас, как светоч, дивный гений,
Увял торжественный венок.

Его убийца хладнокровно
Навел удар... спасенья нет:
Пустое сердце бьется ровно,
В руке не дрогнул пистолет.
И что за диво?... издалека,
Подобный сотням беглецов,
На ловлю счастья и чинов
Заброшен к нам по воле рока;
Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что' он руку поднимал!..

И он убит - и взят могилой,
Как тот певец, неведомый, но милый,
Добыча ревности глухой,
Воспетый им с такою чудной силой,
Сраженный, как и он, безжалостной рукой.

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной
Вступил он в этот свет завистливый и душный
Для сердца вольного и пламенных страстей?
Зачем он руку дал клеветникам ничтожным,
Зачем поверил он словам и ласкам ложным,
Он, с юных лет постигнувший людей?...

И прежний сняв венок - они венец терновый,
Увитый лаврами, надели на него:
Но иглы тайные сурово
Язвили славное чело;
Отравлены его последние мгновенья
Коварным шепотом насмешливых невежд,
И умер он - с напрасной жаждой мщенья,
С досадой тайною обманутых надежд.
Замолкли звуки чудных песен,
Не раздаваться им опять:
Приют певца угрюм и тесен,
И на устах его печать.

А вы, надменные потомки
Известной подлостью прославленных отцов,
Пятою рабскою поправшие обломки
Игрою счастия обиженных родов!
Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!
Таитесь вы под сению закона,
Пред вами суд и правда - всё молчи!
Но есть и божий суд, наперсники разврата!
Есть грозный суд: он ждет;
Он не доступен звону злата,
И мысли, и дела он знает наперед.
Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет вновь,
И вы не смоете всей вашей черной кровью
Поэта праведную кровь!